|
Но этот разговор состоялся пока только в воображении Сергея, и он хотел перевести его в реальность. Посылал во все концы телеграммы и докладные записки, написал большую статью в областную газету, ездил в Горно-Алтайск и Барнаул, к людям, которые за древесиной не видели леса. В письмах к Маше Черкасовой  изливал душу, с петерпением ждал ее ответных посланий, настолько жизнерадостных и сердечных, что их можно было перечитывать без конца. На Всероссийскую конференцию но кедру, куда собрались сотни ученых и специалистов, Сергей привез большой доклад. И здесь, в Новосибирске, он узнал, что угроза нависла не только над кедрачами Горного Алтая.
Специальные экспедиции 1959 года, затратившие на исследования кедровников несколько миллионов рублей, установили, что орехонромысловые зоны охватывают лишь десятую часть сибирских кедрачей и располоя;ены к тому же в самых неудобных и отдаленных местах, что бесхозяйственное пользование этими ценными лесами расстраивает, губят их.
Полое двадцати лет действуют в Сибири временные, научно не обоснованные правила рубки кедрачей, но даже и эти «правила» постоянно нарушаются лесозаготовителями. Не соблюдается нигде и постановление об использовании кедровой древесины по специальному назначению. В Томской области, например, заготавливается сейчас ежегодно около полутора миллионов кубометров кедровой древесины, на вырубках бросают до двухсот тысяч, а на крупнейшую в стране карандашную фабрику не попадает и ста тысяч кубометров. Фабрикой же, в свою очередь, полезно используется лишь седьмая часть сырья.
|
