|
А куда идет их продукция? Вместо того чтобы использовать древесину кедра по специальному назначению — на карандаш, аккумуляторный шпоп, пищевую тару и мебель, — лесозаготовители пускают ее па пиловочник,  крепеж, шпалы, дрова. Кроме того, в погоне за «кубиками», за самыми крупными кедровыми кряясами они бросают на лесосеках массу леса. За последние десять лет только один Кара-Кокшинский леспромхоз не вывез 180 тысяч кубометров древесины. А ведь за счет нее можно было сохранить тысячу гектаров кедровников! Лесозаготовители обязаны помогать в восстановлении кедра, но но отпустили до сих пор на это ни одной копейки.
Сергей знал многих лесозаготовителей Горного Алтая. Это были в большинстве хорошие люди, честные труженики, но одному из них не хватало самостоятельности, другой не мог вырваться из плена текучки, а третий вообще не хотел знать ничего, кроме своей специальности. Если б каждый из них верил в потенциальные возможности кедрового леса и мог помочь ему!
И сейчас Сергей уезжал на Гнедке в тайгу искать новые аргументы в защиту кедра. Ему казалось, что стоит только рассказать людям о чудо-дереве, и все упростится, главное в его жизни дело будет сделано.
Ребятам он с возмущением говорил, что в Москве нельзя посмотреть на кедр. Сергей однажды побывал в Ботаническом саду МГУ и на ВСХВ. Тысячи пород деревьев там холят и выращивают, а кедра нашего нет. Ему рассказывали, что под Москвой появились страстные любители и ценители кедра — разводят ого, несмотря ни на что, и растет у них кедр, растет! Но будто бы гибнут последние кедровые островки по ту сторону Урала — Ко-ряжемская роща у Сольвычегодска, Великоустюгская и Ярославская рощи. А в прекрасном сочинском дендрарии есть все виды кедра — даже гималайский, — нет только сибирского. Если всем про наш кедр рассказать!
|
