|
В другом письме Маша читала подробное описапие каждой из пятнадцати лошадей, которых купил недавно лесхоз. И еще новость. В Москве Сергей добился, чтобы комсомольцам передали из других мест Алтая  нерентабельные пасеки. Недавно пришло разрешение забрать шестьдесят пять семей. Чойские старики уверяли, что разлетятся пчелки от запаха бензина, жары и тряски, и
пятнадцать тысяч рубликов директор выложит из своего кармана. Сергей написал отцу, вспомнив, что в далеком детстве они ездили куда-то далеко за пчелами. Отец прислал подробную инструкцию. Пчел везли за триста километров, в жару.
Ни один рой не погиб. У Сергея раздулось лицо после поездки, но это была очень скромная плата за страх. Сейчас пчел уже вывезли в тайгу, и один чойский комсомолец, Федя Усов, взялся ходить за пасекой. Кадры в лесхозе крепнут: приехал из Ленинграда демобилизованный солдат Саша Сальников, переманили из леспромхоза Ивана Кузьмина, тракториста-виртуоза, которого знал весь Горный Алтай. Сергей все-таки выгнал начальника цеха ширпотреба Нохрина, который оказался комбинатором и вором: недавно продал на сторону лесхозовскую бочку дегтя, а деньги прикарманил. Заменить его пока некем, скорей бы закапчивал академию и приезжал Виталька Парфенов!..
За этими простыми письмами Сергея стояли полные невероятного напряжения дни и бессонные ночи, споры и разногласия, горькие неудачи и победы. Все лето Сергей Шипунов, Володя Ивахненко, Коля и Дина Новожиловы укрепляли хозяйство. Со стороны казалось, что комсомольцы, как в трясину, погружаются в обычную лесхозовскую текучку. И нужно было знать Сергея, чтобы увидеть в делах, которые он затевал, его конечную главную цель.
|
