|
СЧАСТЬЕ ОТКРЫТИЙ
(ИЗ АРХИВА ПИСАТЕЛЯ)
Холостяцкое это общежитие занимало часть этажа в большом доме на Маросейке, ныне улице Богдана Хмельницкого, по соседству с угловым зданием ЦК ВЛКСМ, через церковку. В пяти минутах ходьбы —  Красная площадь и Кремль, Театральная площадь и ЦУМ, и совсем уж рядом Политехнический музей и любимая моя Историческая библиотека — хорошо! После ночного дежурства не надо было добираться от редакции до Вешняков, идти утрами несколько километров под дождем или пургой, метро было поблизости — тоже хорошо.
Хорошо-то хорошо, да не совсем. Я скучал по Кускову и Кузьминкам, зеленое их царство грезилось мне, всякий раз туда было не наездиться, а на той тесной улице, где я жил, не было (и по сей день нет) ни одного деревца, ни кусточка. Асфальт да камень, больше ничего. Ближайший сквер на Старой площади за памятником Гренадерам русско-турецкой войны 1877—1878 годов был вытоптан, сорен, многолюден, вдоль него тянулся с площади Ногина крутой подъем, машины и автобусы газовали на первой передаче, от пронзительных звуковых сигналов, которые тогда еще не были запрещены в Москве, от визга тормозов на спуске и вонючего чада болела голова. В свободный час я уезжал метро в парк культуры и отдыха имени Горького, на что уходило каких-нибудь десять-пятнадцать минут. Он был создан здесь на месте первой Всероссийской сельскохозяйственной выставки, всегда заполнялся тысячными толпами, в которых я не чувствовал себя человеком.
|
