|
Итак, чем же замечателен был «...алай ...дрович ...ов»? Начну с конца. Тот, кто лежит под могильной плитой в Никольской ротондалыюй церкви-мавзолее, сам создал проект своей усыпальницы и начал его строить еще при жизни. Он был инженером — написал первый в России труд по отопительно-вентнляционной технике и пропагандировал постройки из земли. Он был геологом — открыл в 1786 году каменный уголь на Валдае. Он  был предпринимателем — организовал добычу этого «земляного угля» и ученым-химиком, когда подробно исследовал его состав. Он был историком — издал русскую летопись XVI века, получившую в нашей историографии его имя. Он был фольклористом и музыковедом — составил классическое «Собрание русских народных песен с их голосами», и ему, уже как теоретику литературного кружка Державина, занимающегося поисками в области русского стихосложения, принадлежит прекрасная мысль: «Первая музыка состояла в мелодиях слов». Он был либреттистом — работал над созданием национальной русской оперы, поэтом — писал в народном тоническом размере баллады, поэмы и стихи...
Сейчас нам кажутся неуклюжими и тяжеловесными стихи того далекого времени, пока гений Пушкина, Крылова и Грибоедова не образовал еще совершенных форм русской поэтической речи, не придал им волшебную музыкальность и гибкость на основе несметных интонационных и смысловых богатств нашего языка, однако был уже у нас Гавриил Державин, и я приведу здесь несколько его строк", обращенных к человеку, что навек упокоился под полом Никольской ротонды. Адресат долго жил в Петербурге, вращался в высшем свете и однажды решился покончить с отравой столичной сумятицы, вернуться к земле, к простой жизни и простым людям, к природе, чтоб заняться делами, в которых нуждалась эта земля. Державин пеняет на пего за такой поступок и через тяяселые строки и неловкие рифмы доносит чувство, разрешающееся под конец мыслью, сохраняющей и для пас свою свежесть:
Пи зависть потаенным вздохом, Ни гордость громогласным смехом, Не жмут, не гонят со двора — Ужель тебе то неизвестно, Что ослепленным жизнью дворской Природа самая мертва?
Вскоре Державин получает ответ, в котором я попрошу читателя обратить внимание не только на добрый смысл послания, но и на разнообразие строфики, свободную игру ударений, на стремление к более тщательной рифмовке, что все вместе говорит нам о мучительных поисках, предшествующих рождению классического русского стиха.
Домашний зодчий ваш Не мелет ералаш, Что любит жить он с мужиками. В совете с правыми душами Жить
Пришлося как-то мне по нраву.
Тринадцать лет я пил отраву,
Которую тебе советую не пить В том месте, где она все чувства отравляет, Счастлив, кто этого хмельного не вкушает...
Автор называет себя «зодчим», и действительно этот разносторонний человек был прекрасным зодчим. Построил здание почтамта в Петербурге, спланировав всю прилегающую городскую территорию, Невские ворота Петропавловской крепости, Борисоглебский монастырь в Торжке, Иосифовский в Могилеве, множество церквей, жилых домов, усадеб, парковых сооружений и в том числе «Приорат» в Гатчине. Он создал' проект перестройки Кремлевского дворца п выступал как теоретик архитектуры.
|
