|
Когда Курлову была поручена реставрация усадьбы Измайлова, он изучил все архивы, обнаруяшв множество документов той поры и в их числе чертеяш швейцарца Симона. Сличив их с сохранившейся натурой, оп обнаруяшл некоторые расхождения и пришел к выводу, что чертежи эти — копия с неизвестного  оригинала, имеющего признаки неповторимого архитектурного почерка. Два самых интересных объекта несли на себе явную печать баженовского стиля — Владимирская церковь и парк. Церковь облицована белым мячковским камнем, что само по себе было данью старомосковской строительной традиции, принципы и приемы которой Баженов настойчиво вводил в свое архитектурное творчество. Несомненный Баженов сквозил во всем облике этого храма, закопченного в 1788 году, — значит, Владимирская церковь строилась в те трудные для Баженова годы, когда Екатерина II, приказав разрушить Царицынский дворец, отстранила великого архитектора от государственных работ и оп вынужден был перейти к исполнению частных заказов. Особенно типична для Бал«еиова эффектная церковная лестница, в которой органично слиты элементы русского классицизма XVIII столетия и древнего национального зодчества...
Генеральная схема усадьбы Быково, найденная Кур-ловым в архивах, таила в себе особую, непреходящую ценность — окружающий парк не был, как оказалось, парком регулярного стиля, спланированным в модной тогда заграничной манере. Исключительно своеобразная планировка, отражающая художественный вкус, неповторимую личность и патриотические взгляды автора, но могла быть создана ни ординарным садовником, ни архитектором-иностранцем; это был парк нового, зарождающегося типа, в основу которого Баженов заложил идею пространственного раскрытия русского пейзажа в его естественных величинах, яшвых формах и красках.
Я не знал, что делать с моим сердцем — оно билось тяжело, словно с трудом прокачивая вдруг загустевшую, как при первом свидании, кровь: быковский парк стал для меня величайшим открытием. Николай Львов, Андрей Болотов и теперь вот Василий Баженов...
· Составил я проект реставрации всей усадьбы по чертежам, скопированным с баженовских Бернардом Симоном. Сравнительно хорошо сохранился только главный дворец, остальное руинировано, а кое-чего совсем нет. Вот тут, видите, у пруда — ротондальный павильон значится. Сейчас он только в чертеже... К Владимирской церкви пренеде всего надо приступать, парк срочно восстанавливать... Только боюсь, что все пойдет прахом...
· Как это?
Курлов рассказал, что охрана усадьбы не налаяхена. Различные учреяхдения, занимающие территорию и старинные постройки, ведут дело, в сущности, к ликвидации этого замечательного памятника культуры. Тут построены частные дома и даже трехэтажная школа. Парк урезан на тринадцать гектаров, и остатком его владеет туберкулезный санаторий, бессистемно понастроивший много хозяйственных и жилых помещений. Намечается воздвигнуть в усадьбе типовой пятиэтажный профилакторий на триста мест с отводом еще шести гектаров парка.
· IIу этого быть пе может!
· Может... Вот решение Раменского исполкома.
· Но его еще надо согласовать. Памятник же охраняется государством!
· Уже согласовано.
· С кем?
· С Производственным бюро по охране и реставрации памятников культуры Управления культуры исполкома Мособлсовета... Вот документ.
Тут я невольно употребил оставшиеся с детства слова, на которых иногда себя ловлю.
— Владимирскую церковь запимает под склад областной отдел кинофикации того же Управления культуры, по памятник безвозвратно погибнет, если срочно не начать работы. А вот Зимний сад. Шереметевская Оранжерея в Кускове по сравнению с ним не более как крохотная избушка — длина этого двухэтажного сооружения по фасаду триста двадцать два метра! В здании размещался гвоздильный завод, он всласть похозяйничал. Рядом пробита артезианская скважина, построено помещение насосной, возведена водонапорная башня... Прошу вас помочь...
А мне нужно было срочно, безотлагательно вылетать в Сибирь.
|
