|
Директор его жалуется, что врачи закрыли ему четыре линии, работает только одна, и он срывает все планы.
— А ведь мой материал идет на жилищное и промышленное строительство Москвы! Он дешев, легок, удобен, безвреден!
 · По почему вы не улавливаете отходы?· Не я виноват, а наука и конструкторы!
И как водится, и так далее и тому подобные слова и оправдания, а я слушаю и думаю о том, что будет на деле, когда санитарный запрет снимут и завод загудит во всю мощь. Микроскопическая пыль может забивать дыхательные устьица листа, драгоценный Мытищинский лесопарк погибнет. А сверх и важнее того, в зоне досягаемости заводских выбросов живет полтораста тысяч человек мытищинского населения, в километре от него кардиологический союзного значения санаторий «Подлипки», а совсем рядом — дачный поселок старых большевиков и один из главных открытых каналов, снабжающих Москву питьевой водой.
И отдельного, особого разговора заслуживает под конец начальная моя тема — о чувстве любви к Москве, об исторических парках нашей столицы, только уже теперь об их настоящем и будущем, потому что судьба
этих памятников старинного искусства пока во власти того самого явления, коему я не в силах подобрать словесного обозначения.
Не существует уже вопрос о том, нужны нам или не нужны памятники садово-паркового искусства. Они безусловно нужны, н сейчас трудно встретить человека, считающего, что когда-то баре бесились с жиру, а пролетариату эти парки до фени. Возросшая культура народа вызывает необходимость нового подхода к некоторым непреходящим, временно полузабытым культурным ценностям, хотя я допускаю, что современные иные рыцари потребительства могут не ощущать никакого интереса к тому, чего нельзя, как сказал поэт, «ни съесть, ни выпить, ни поцеловать».
|
